Луганская рэп/панк-рок молодежная культура

Никто не возьмется утверждать, что каждый отдельно взятый коп — ра-сист, сексист и грубиян, но фактом является то, что «хорошие» полицейские встречаются очень и очень редко. «Любой, кто задавался этим вопросом, осоз-нает, что городская полиция состоит из бесчеловечных негодяев, которые пользуются своей властью, чтобы унижать других» . В то время как некото-рые панки настаивают на пассивном противостоянии унижению полиции, другие видят в этом тот самый крайний случай, когда насилие оправдано. Панки были вовлечены в бесконечные столкновения с полицией, обычно за-канчивавшиеся насилием и арестами. Необходимо отметить, что взаимоотно-шения европейских панков с полицией более напряженные, чем в Америке. Европейские панки в прямом смысле слова сражались, чтобы защитить себя и свои сквоты, и иногда выходили победителями. С другой стороны, панки в Южной Америке постоянно подвергались арестам, а иногда даже убийствам со стороны полиции. Далее панки, являющиеся веганами и пацифистами, часто были вынуждены сражаться с полицейскими, забывая о правиле нена-силия. Панки-анархисты рассматривают анархию как свободу от власти и пра-вил; как место, где люди могут жить своей жизнью без каких-либо форм внешнего принуждения. Таким образом, полиция и даже формальные законы будут не нужны. Многие панки читают и содействуют распространению анархистских идей таких идеологов, как Бакунин, Голдман и Кропоткин, а также обсуждают работы ныне живущих авторов, таких как Ноам Хомский и Говард Зинн, чтобы понять, как они соотносятся с современным панк-движением и целями его активистов. К сожалению, некоторым панкам, считающим себя анархистами, формальности классической анархистской мысли были неинтересны или казались излишне «интеллектуальным» аспектом движения. Обсуждая анархистский центр в Англии, поддерживаемый Crass, Стив Игнорент сказал: «Я посетил пару таких собраний, и язык, на котором там говорили, был наполнен цитатами из работ анархистских писателей столетней давности. Я подумал, что любой панк, слушающий это, не смог бы понять ни единого слова. Я по-настоящему почувствовал ту иерархию, когда люди, которые прочли больше произведений Прудона, чем остальные, были «во главе стола». Это нисколько не отличалось от собрания любой политической партии — люди просто сидели и бормотали о том, что написали давно умершие люди» .

Результатом отказа или невозможности изучать то, чему они посвятили свою жизнь, явились то, что у некоторых панков сформировалось представление о том, что анархия — это просто бунтарство, бои с полицией и создание хаоса. Некоторых панков устраивало выражение ярости и разрушение как форма анархии, исключая ее действительные политические коннотации. Яростной критике подверг их тогдашний колумнист MRR, редактор зина «Lookout» (Бдительность) и основатель одноименного звукозаписывающего лейбла Лоуренс Ливермор: